Персональный сайт

Снайпер против снайпера

Denis — Tue, 19 Apr 2011 17:48:32 GMT

Доказательством высшего класса стрелкового мастерства во все времена было уничтожение снайпера противника. Обнаружить местоположение чужого снайпера всегда очень трудно – опытный стрелок тщательно маскирует свою позицию. Поэтому в конечном итоге суть контрснайперских мероприятий чаще всего сводилась к тому, чтобы заставить его выстрелить и тем самым раскрыть себя. Перед этим тщательно изучался сектор местности, где предположительно мог находиться снайпер, и определялись места его возможной "лежки". Конечно, по вспышке выстрела и дыму не всегда возможно засечь позицию: снайпер может стрелять из-за редкого кустарника ("эффект гардины"), из густой кроны дерева, из глубины помещения.
Очень распространенный прием, дошедший до нашего времени, – использование куклы (манекена). Манекен делался в соответствии с художественными вкусами, местными особенностями и наличием подручных материалов. Чаще всего его сооружали из старого обмундирования, набивали тряпьем, на голову надевали шапку или каску. Ассистент снайпера, показывающий "куклу", обязан был проявлять фантазию и чувство меры: у чужого снайпера не должно возникнуть и тени сомнения в том, что перед ним живой человек. Поэтому чучело хотя и должно было двигаться, но и в то же время не демонстрировать явного желания подставиться под пулю. В условиях обороны показывали и один муляж головы с каской, но опытный снайпер редко попадался на
Девушка-снайпер в летнем камуфляже
такую наживку.
Существовал более изящный способ работы с куклами: один снайпер (охотник) делал несколько выстрелов по вражеским позициям, обнаруживал себя и затем показывал чучело, позволяя противнику "убить" его. Другой снайпер, находился в это время на тщательно замаскированной "лежке", он засекал вспышки выстрелов и уничтожал вражеского снайпера.
Классикой снайперского дела является дуэль Василия Зайцева с майором Конингсом, руководителем берлинской школы снайперов. Во время боев в Сталинграде немецкое командование, обеспокоенное активностью русских "сверхметких стрелков", приняло решение уничтожить "главного русского зайца"– в назидание другим и для поднятия боевого духа своих солдат. Конингс был переброшен в Сталинград самолетом и начал дуэль первым: подстрелил двух советских снайперов, обоих с первого выстрела. Это был вызов.
Командир 284-й стрелковой дивизии полковник Батюк вызвал к себе снайперов и приказал любой ценой уничтожить немца. Приезд фашистского снайпера поставил перед советскими стрелками новую задачу: надо было его найти, изучить его повадки, приемы и терпеливо ждать того момента, когда можно будет произвести всего один, но верный, решающий выстрел.
О предстоящем поединке ночами в землянке шли жаркие споры. Каждый снайпер высказывал свои предположения, рожденные дневным наблюдением за передним краем противника. Предлагались различные варианты отыскивания цели и "приманок". Но тем и отличается снайперское искусство, что, несмотря на опыт многих, исход схватки решает один стрелок. Встречаясь с врагом лицом к лицу, он каждый раз обязан творить, изобретать, по-новому действовать. Шаблона в работе снайпера быть не может.
"При подготовке снайперов я лично придавал скрытности и маскировке главное значение. У каждого снайпера своя тактика, свои приемы, собственные выдумки, изобретательность. Но всем начинающим и опытным снайперам необходимо всегда помнить, что перед тобой тактически зрелый, инициативный, находчивый и очень меткий стрелок. Его надо перехитрить, втянуть в сложную борьбу и тем самым привязать к облюбованной позиции. Как этого достигнуть? Придумывай ложные ходы, рассеивай его внимание, запутывай свои следы, раздражай замысловатыми движениями, утомляй его зрительную сосредоточенность.
Я против организации фундаментального снайперского поста даже в долговременной системе обороны. Снайпер – это кочевник, появляется внезапно там, где противник его не ждет. За огневую инициативу надо бороться. Одни разгадки ребусов противника ничего не дадут, если у тебя нет уверенности расплатиться за эти хитрости метким огнем быстро и решительно… Сложнее разгадываются характеры вражеских снайперов. Мне только ясно – все они упорные. И для них я нашел свой метод: хорошо подготовишь куклу, поставишь ее незаметно и начинаешь передвигать – кукла, как человек, должна менять свои позиции. Рядом с куклой твоя замаскированная позиция. Снайпер врага дал выстрел по кукле, но она осталась "живой", и тогда начинается демонстрация упорного характера. Делает второй выстрел, затем готовится к третьему, но, как правило, перед третьим выстрелом сам попадает на мушку.
Опытные снайперы противника выходят на свои позиции под прикрытием огня и в сопровождении 2-3 ассистентов. Перед таким "волком" я прикидывался обычно новичком, вернее, простым солдатом и тем усыплял его бдительность… К такой мишени фашистский снайпер быстро привыкал и переставал замечать ее. И как только он отвлекался на другие цели, я моментально занимал место мишени. Для этого нужно несколько секунд. Отшвыривал в сторону мишень и ловил голову немца в перекрестье прицела своей снайперки". (В. Зайцев. "За Волгой земли для нас не было")
Так где же все-таки берлинский снайпер? Василий Зайцев хорошо изучил "почерк" фашистских снайперов, по характеру огня и маскировки без особого труда отличал более опытных стрелков от новичков, трусов от упрямых и решительных врагов. А вот руководитель школы, его характер оставался загадкой. Ежедневные наблюдения ничего определенного не давали. Трудно было сказать, на каком участке он находится. Вероятно, он часто менял позиции и так же осторожно искал русских снайперов, как и они его.
На рассвете Зайцев ушел с Николаем Куликовым на те позиции, где вчера были ранены товарищи. Целый день наблюдали за передним краем противника, но ничего нового не обнаружили. Кончался день.
Но вот над фашистским окопом неожиданно появилась каска и стала медленно двигаться вдоль траншеи. Стрелять? Нет, это наверняка уловка: каска почему-то раскачивается неестественно – ее, вероятно, несет помощник снайпера, а сам он ждет, чтобы русский выдал себя выстрелом. По терпению, которое проявил враг в течение дня, Зайцев догадался, что берлинский снайпер здесь. Требовалась особая бдительность.
Прошел и второй день.
На третий день в засаду со стрелками отправился политрук Данилов. Утро началось обычно: рассеивался ночной мрак, с каждой минутой все отчетливее обозначались позиции противника. Рядом закипал бой, в воздухе шипели снаряды, но стрелки, припав к оптике, неотрывно следили за тем, что делалось впереди.
– Да вот он, я тебе пальцем покажу,– вдруг оживился политрук. Он чуть-чуть, буквально на одну секунду, по неосторожности поднялся над бруствером, но этого было достаточно, чтобы фашист его ранил. Так мог стрелять только опытный снайпер.
Зайцев долго всматривался во вражеские позиции, но его засаду найти не мог. По быстроте выстрела он заключил, что снайпер находится где-то прямо перед ним.
Слева – подбитый танк, справа – дзот. Опытный снайпер в танке не засядет. В дзоте? Тоже нет – амбразура закрыта.
Между танком и дзотом на ровной местности лежит железный лист с небольшим бугорком битого кирпича. Давно лежит, уже примелькался.
Где лучше занять снайперский пост? Не отрыть ли ячейку под тем листом, ночью сделав к нему скрытые ходы. Зайцев решил проверить. На дощечку надел варежку, поднял ее. Фашист клюнул. Зайцев осторожно опустил дощечку в траншею в таком положении, в каком и поднимал. Никакого сноса, прямое попадание, значит, фашист под листом.
Теперь надо выманить и поймать его на мушку. Бесполезно было сейчас добиваться этого. Но характер фашистского снайпера уже изучен: с этой удачной позиции он не уйдет. Русским снайперам следовало обязательно сменить позицию.
Работали ночью. Засели до рассвета. Гитлеровцы вели огонь по переправам через Волгу. Светало быстро, и с приходом дня бой развивался с новой силой.
Взошло солнце. Куликов сделал слепой выстрел: снайпера следовало заинтересовать. Снайперы решили первую половину дня переждать, так как блеск оптики мог выдать их позицию. После обеда их винтовки уже были в тени, а на немецкую позицию упали прямые лучи солнца. У края листа что-то заблестело: то ли случайный осколок стекла, то ли снайперский прицел.
Куликов осторожно, как это может делать только самый опытный снайпер, стал приподнимать каску. Фашист выстрелил. Куликов на мгновение приподнялся, громко вскрикнул и умолк.
Гитлеровец подумал, что он наконец-то убил советского снайпера, за которым охотился четыре дня, и высунулся из-под листа. На это и рассчитывал Зайцев. Выстрел. Голова фашиста осела, а оптический прицел его винтовки, не двигаясь, блестел на солнце до самого вечера.
"Обнаружение цели в стане врага я подразделял на два этапа. Первый начинался с изучения обороны противника. Затем узнавал, где, когда и при каких обстоятельствах были ранены наши бойцы… Это я отношу к этапу определения, где нужно отыскивать цель.
Второй этап я называю поиском цели. Для того чтобы не попасть на мушку вражеского снайпера, разведку наблюдением местности вел при помощи окопного перископа или артиллерийской трубы. Оптический прицел снайперской винтовки или бинокль в этом деле не годятся. Опыт показал, что там, где раньше было оживление противника, а сейчас не заметишь ни одного лишнего движения, значит, там засел матерый хищник. Вот почему я своим снайперам говорил: не изучил обстановку, не побеседовал с людьми – не лезь на рожон. В снайперском деле надо придерживаться принципа "Семь раз отмерь – один отрежь". И действительно, для подготовки точного выстрела нужно много трудиться, изобретать, изучать характер, силу противника, нащупывать его слабые места и только после этого приступить к решению задачи одним выстрелом". (В. Зайцев. "За Волгой земли для нас не было")
О качестве стрелковой подготовки русских снайперов периода Великой Отечественной войны говорит и тот факт, что в послевоенные годы многие из бывших "сверхметких стрелков" стали ведущими стрелками-спортсменами. Например, снайпер 252-го полка войск НКВД В. К. Севрюгин, награжденный именной снайперской винтовкой, участвовал в чемпионате мира в Каракасе (1958 г.), Олимпийских играх в Хельсинки и Мельбурне. Им также была разработана малокалиберная тренировочная модель пистолета на базе ТТ. За свои стрелковые достижения В. К. Севрюгин награжден орденом "Знак Почета".

Видео

Denis — Thu, 17 Mar 2011 16:23:26 GMT

Сталинград: война снайперов

Denis — Mon, 07 Mar 2011 08:37:55 GMT

Говоря о снайперском движении во время Великой Отечественной войны, нельзя не остановиться подробнее на опыте Сталинградской битвы – сражении, небывалом по плотности снайперского огня.

Снайпер – красноармеец Николай Корсаков, истребивший 30 гитлеровцев

В приказе командующего Сталинградским фронтом от 29 октября 1942 года "О развитии снайперского движения и использовании снайперов в борьбе с врагом", в частности, говорилось:

1. Во всех частях создать команды снайперов и организовать их подготовку в ходе боев.

2. В каждом взводе иметь не менее 2-3 снайперов.

3. Действия снайперов широко популяризировать, всяческие успехи в бою всемерно поощрять.

Самым известным снайпером Сталинграда, безусловно, является Василий Зайцев, уничтоживший 242 немецких солдата и офицера, в том числе руководителя берлинской снайперской школы майора Конингса. Всего же группа Зайцева за четыре месяца боев уничтожила 1126 военнослужащих противника. Соратниками Зайцева по оружию были Николай Ильин, имевший на своем счету 496 немцев, Петр Гончаров – 380, Виктор Медведев – 342. Следует отметить, что главная заслуга Зайцева – не столько в его личном боевом счете, сколько в том, что он стал ключевой фигурой в развертывании снайперского движения среди руин Сталинграда.

Уличный бой, особенно в крупном городе, резко отличается от полевого боя. Борьба здесь идет за отдельные дома, а внутри домов – за этаж, лестничный пролет, квартиру. Большое расчленение, дробность боевых порядков подразделений и частей, действующих мелкими штурмовыми группами, – вот одна из главных особенностей городского боя. В Сталинграде противоборствующие стороны располагались не далее ста метров друг от друга, местами даже до двадцати пяти метров. Во многих местах тяжелые огневые средства и штурмовая авиация не могли вести огонь, не рискуя нанести удар по своим позициям. Поэтому в борьбе за огневую инициативу решающая роль принадлежала гранатометчикам, стрелкам противотанковых ружей (ПТР), и в первую очередь снайперам.

Снайперы 50-го гвардейского стрелкового полка 15-й гвардейской стрелковой дивизии Герой Советского Союза гвардии старшина Н.Я.Ильин (слева) и гвардии старшина А.Е.Гордиенко на огневой позиции под Сталинградом.. Декабрь 1942 г.
Василий Зайцев начал действовать в одиночку на узком участке своей роты (протяженностью около 200 метров) у метизного завода, к тому времени уже почти полностью разрушенного. Обе стороны внимательно следили друг за другом. Каждое неосторожное движение, каждая оплошность немедленно наказывались.

В этих условиях Зайцев начал свою охоту за фашистами. Известно, что в полевом бою снайперы обычно стремятся выдвинуться к переднему краю противника, поближе к объектам своего наблюдения и огня. Так сначала действовал и Зайцев. Но когда начал натыкаться на вражеских снайперов, подстерегающих и сковывающих его, то, естественно, попытался уйти из сферы их огня, в то же время не упуская их из пределов досягаемости своей винтовки. Позиции немецких снайперов на этом участке располагались в глубину на дистанциях, обычно не превышающих 800 метров. С более дальних дистанций немецкие снайперы не вели огня. Их посты гнездились ближе к переднему краю. Тогда Василий в поисках огневых позиций стал уходить от переднего края в глубину нашего расположения, удаляясь от немецких снайперов на дистанцию до 1000 метров. Немцам было уже труднее обнаружить советского стрелка.

Бороться с немецкими снайперами в одиночку становилось все труднее. Тогда возникла мысль об организации группы снайперов. Василий Зайцев ходил в роты, подолгу беседовал с бойцами, отбирая людей в снайперскую группу. Отобрал 30 человек. Учеба шла тут же, недалеко от переднего края.

Начинающего снайпера всегда выпускали в паре со "стариком". Это целиком себя оправдало. Боевую задачу группе обычно ставил командир батальона.

Но часто по приказу командира части группе приходилось работать и в соседних подразделениях, выполняя роль своеобразного маневренного огневого средства.

В ноябре, когда шла оборона метизного завода, немцы начали сосредоточиваться перед фронтом соседней части, в овраге, рядом с нашими передовыми траншеями. Потребовалась помощь снайперов. Зайцев и пятерка снайперов – Зыкин, Двояшкин, Куликов, Морозов и Шайкин – через полчаса заняли новые позиции, в полукилометре от прежних. С ними был капитан Ракитянский, старый сибирский охотник. Как только немцы показались из-за домов, снайперы открыли огонь. За несколько минут враг потерял более двух десятков убитыми и отказался от штурма, который готовил. В другой раз шестерка снайперов, заблаговременно подготовившая огневые позиции на новом участке, уничтожила за день 45 гитлеровцев.

Снайперская группа была разбита на отделения, по три пары в каждом. Пары и отделения занимали позиции так, чтобы было обеспечено огневое взаимодействие и взаимная поддержка. Старшему каждой шестерки, командиру отделения, Зайцев сам назначал сектор наблюдения и обстрела, ставил определенную огневую задачу.

Приходя на новый участок, снайперы обычно первый день посвящали наблюдению и разведке. Еще на исходной позиции (укрытом месте в тылу участка обороны подразделения) снайперы получали информацию, собранную старшим группы у командиров, наблюдателей, разведчиков и артиллеристов. Информация эта помогала Зайцеву правильно разбить секторы наблюдения между отделениями. Стрелять в первый день запрещалось. Хоть и чесались руки у молодых снайперов, но после гибели снайпера Дмитриева, который успел сделать всего один выстрел, не изучив предварительно расположение снайперских гнезд врага и необдуманно выбрав огневую позицию, все стали твердо держаться этого правила.

Лейтенант В.В. Каменских. Его снайперская команда истребила 1093 фашиста, на личном счету Каменских 23 гитлеровца
Ночью шло оборудование огневых позиций – истинных и ложных. Долбились амбразуры в стенах домов. Истинные позиции тщательно маскировались. Маскировка ложных позиций требовала не меньшего труда: противник должен был принять их за истинные. В амбразуре ложной позиции устанавливали чучело-макет стрелка с винтовкой – чучело падало при попадании пули вражеского стрелка.

На каждого снайпера оборудовалось несколько позиций, иногда до пяти. Русские снайперы держались правила: менять позицию после каждого выстрела! Выбор и оборудование снайперских позиций в городском бою имеют решающее значение. Вот почему по утрам, когда снайперы занимали места, Василий Зайцев лично обходил их, проверял, как оборудованы позиции, и "закрывал" неудачно выбранные.

Деревянных домов избегали, так как они быстро загорались при обстреле. Позиции старались выбирать, следуя уже накопленному боевому опыту, на удалении 800 – 1000 метров от немецких снайперов, на верхних этажах, карнизах и чердаках каменных зданий, которые давали хороший обзор. Устроив и замаскировав амбразуру, снайпер обычно располагался в глубине здания, чтобы не быть замеченным и не обнаруживать себя выстрелом.

Пока группа действовала на участке, Зайцев каждый день изучал журналы наблюдателей, донесения разведчиков. Пехотных наблюдателей старший группы извещал, что в их районе действуют такие-то пары снайперов. По вечерам, когда снайперы собирались на исходной позиции, подводились итоги дня, уточнялась задача на завтра. Журналы пехотных наблюдателей позволяли также контролировать эффективность огня снайперов.

Для связи между снайперскими отделениями использовали телефон и другие средства, которыми располагали роты, а также посыльных. Сигналы обшей смены позиций или отхода на исходную подавались ракетами.

Две пары снайперов имели кроме винтовок противотанковые ружья и вели кинжальный огонь по целям, которые трудно было поразить снайперской пулей: по хорошо защищенным амбразурам, укрытым пулеметам, танкам и самолетам. Одно время долго охотились за машиной, которая часто подходила к городской больнице, где немцы метрах в шестистах от переднего края устроили кухню. Снайперам удавалось снимать одного-двух фрицев, остальные успевали спрятаться, а машина уходила невредимой. Ее вывели из строя бронебойно-зажигательными пулями двух ПТР.

Так действовала наша группа в обороне. Когда же началось знаменитое сталинградское наступление, снайперы вошли в состав блокирующих групп. Они участвовали в огневой подготовке и обеспечении атаки штурмовых групп. Точным огнем по быстро скрывающимся целям снайперы расчищали дорогу пехотинцам, которые врывались в дома, занятые врагом, и истребляли его гранатой и штыком. В этих боях сталинградские снайперы показали высокое искусство меткого скоростного выстрела и стрельбы навскидку.

Советский стрелок А. Джумангулов
Снайперы группы Зайцева были, вероятно, первыми, кто пришел к выводу о необходимости создания крупнокалиберного снайперского оружия: они пробовали устанавливать оптический прицел на противотанковое ружье, чтобы увеличить дальность и эффективность снайперского огня.

В 13-й гвардейской стрелковой дивизии 98 снайперов уничтожили 3879 солдат и офицеров, в 39-й гвардейской стрелковой дивизии 70 снайперов имели на своем счету 2572 человека. В среднем же в 62-й и 64-й армиях, оборонявших Сталинград, на одного снайпера приходилось по 25-30 убитых немцев. По самым же приблизительным подсчетам, за период Сталинградской битвы советские снайперы уничтожили свыше 10000 немецких солдат и офицеров.

История происхождения снайперов

Denis — Mon, 07 Mar 2011 08:32:43 GMT

Снайпер в современной армии - привычное явление. Они существуют ныне во всех армиях мира. Снайперские винтовки широко используют как спецслужбы и полиция, так и террористы. В свое время введение в армию бойцов-снайперов давало преимущество перед противником в некоторых войнах. Развитие снайперской винтовки имеет очень длинную историю. С развитием разнообразных технологий, постепенно повышалась дальность и прицельность стрельбы. Оптический прицел дал возможность поражать цель с еще большего расстояния.

Историк Томас ФлемингThomas Fleming, автор книги "Свобода: Американская Революция"Liberty: The American Revolution, приводит потрясающий пример, который показывает, как снайперы могут изменить ход истории. В 1777 году известный британский стрелок Патрик Фергюсон Patrick Ferguson находился в дозоре и на лесной дороге столкнулся с небольшой группой кавалеристов армии североамериканских колонистов. Фергюсон нацелил свое ружье на человека, скакавшего впереди, но не выстрелил: как он объяснил, "потому, что у всадника было смелое и благородное лицо". Колонисты ускакали. Впоследствии выяснилось, что снайпер пощадил командующего американской армией и будущего первого президента США Джорджа Вашингтона George Washington. Если бы Фергюсон выстрелил, то Вашингтон, скорее всего, был бы убит. Флеминг утверждает, что место Вашингтона занял бы генерал, долгое время бывший тайным агентом британцев.

Следовательно, предполагает историк, один выстрел был способен предотвратить образование нового государства - Соединенных Штатов Америки.

Слово "снайпер" происходит от английского слова "снайп" snipe (бекас). Бекас летит очень быстро и имеет непредсказуемую траекторию полета, поэтому он всегда был трудной добычей для охотника. Любой англичанин, который смог бы подстрелить бекаса с помощью простого кремневого ружья считался стрелком-виртуозом. "Стрельба по бекасу" snipe shooting стала своего рода спортом. В середине 18-го века название данного вида спорта было сокращено и вместо длинного snipe shooting стало использоваться короткое "снайпинг" sniping. Уже к концу 19-го века термин полностью вошел в обиход и употреблялся для обозначения высокоточной спортивной стрельбы.

До середины 19-го века большинство ружей были гладкоствольными, что не позволяло повысить дальность и точность стрельбы. Дальность эффективной прицельной стрельбы самого распространенного вида огнестрельного оружия - мушкета, в лучшем случае, составляла 80 ярдов (73.2 метра). Основной упор при производстве мушкетов ставился на быстроту перезарядки и обеспечение залпового огня на близких расстояниях. Хотя нарезные ружья были известны уже в 16 веке, их производство было делом долгим и дорогостоящим.

Первые случаи использования спортивных ружей в боевых условиях были зафиксированы во время гражданской войны в Англии (1642-1648 гг), когда стрелки с дальнего расстояния уничтожали офицеров армии противника. Самым известным инцидентом стало убийство командира армии парламента лорда Брука во время осады города Личфилда в марте 1643-го года. Солдат-роялист Джон ДайотJohn Dyott, дежуривший на крыше кафедрального собора, был вооружен длинным охотничьим ружьем. Он выстрелил в лорда, когда тот высунулся из укрытия. Дайот попал Бруку в левый глаз. По меркам того времени, подобный выстрел, произведенный из длинного гладкоствольного мушкета с расстояния 150 ярдов (137.2 метра) считался незаурядным.

С началом промышленной революции процесс производства ружейных дул был поставлен на поток. Тем не менее, вплоть до конца 18-го века полководцы ведущих держав Европы считали ружья малоэффективным средством для ведения войны. Ситуация изменилась с началом военного противостояния между Британской Империей и североамериканскими колонистами. Британцы применяли общепринятую тактику открытого боя. Однако они столкнулись с неприятным сюрпризом: стрелки колонистов, облаченные в зеленые костюмы, отстреливали британских солдат и офицеров из невидимых укрытий. Во многих случаях британские солдаты, одетые в традиционные красные куртки и являвшиеся прекрасной мишенью, просто не могли понять, откуда ведется огонь. Американские колонисты, с детства привыкшие к стрельбе из ружей по всевозможной дичи, использовали ружья Kentucky и Pennsylvania и могли без труда "снять" противника с расстояния 200 ярдов (182.8 метров) или даже 300 ярдов (274.3 метра). В дальнем бою британские мушкеты, способные вести прицельный огонь на расстоянии менее, чем 70 ярдов (64 метра), оказались беспомощными перед американскими ружьями.

Любопытно, что британские офицеры, даже осознавая, что находятся под огнем американцев, зачастую не пытались скрыться, так как считали подобное поведение трусостью. Однако, еще большей трусостью британцы считали сам процесс стрельбы на расстоянии и из укрытия. Среди британских офицеров существовал негласный кодекс поведения, согласно которому британским солдатам, вооруженным длинными ружьями, запрещалось подстреливать офицеров армии колонистов, так как подобные действия считались "неблагородными".

Хотя, британцы считали данное занятие неблагородным, тем не менее, эффективность тактики ведения дальней стрельбы была очевидна и, в конце концов, британцы под давлением молодого и предприимчивого офицера (и изобретателя) Патрика Фергюсона организовали свой собственный отряд стрелков из 100 человек, которым были выданы длинноствольные ружья и зеленая маскировочная униформа. Последующая гибель Фергюсона и стереотипное мышление британского военного руководства отодвинули использование стрелков на задний план - вплоть до начала наполеоновских войн.

К концу 18 века стало ясно, что мушкеты абсолютно устарели. В 1798 году Великобритания заказала 5 тыс. ружей прусского производства типа Jaeger для своей пехоты. Впоследствии британцы сами наладили производство подобного оружия. Первоначально солдаты, которым предназначались данные ружья, не являлись снайперами в полном смысле этого слова, а представляли собой группу стрелков, которая могла смешиваться с остальной частью армии. Британские офицеры, привыкшие к строго иерархической системе управления армией, сначала не могли привыкнуть к тому, что бойцы новоиспеченного отряда стрелков должны были воевать независимо. Стрелки были обязаны проявлять инициативу, действуя в нестандартных боевых условиях. Они специально обучались искусству маскировки и крайне бережному использованию патронов. Особенно эффективными стали операции британских стрелков против армии наполеоновской Франции. От рук стрелков погибло множество французских офицеров, которые либо не видели, откуда шел прицельный огонь, либо просто не могли поразить снайперов огнем из обычных мушкетов. Британским снайпером Томасом ПланкетомThomas Plunkett был убит генерал Кольбер. Любопытно, что Планкет стрелял в Кольбера из положения лежа - тогда для попадания в особо дальние цели стрелки ложились на спину, привязывали ружье к ноге, вытягивали ногу, прицеливались и только тогда производили выстрел. Хотя тогдашние британские стрелки не могут считаться снайперами в современном понимании этого слова, они впервые использовали тактику автономного слежения за передвижением противника. Именно в то время стрелками начали использоваться специальные зеленые маскировочные костюмы. Однако, до тех пор, пока ведущие державы мира использовали гладкоствольное оружие, точность которого была весьма низка, а войска соперников применяли линейную тактику открытого боя, не ощущалось надобности в применении дальнобойных ружей.

В начале 1830-х годов стал возможным массовый и дешевый выпуск мушкетов с ударным механизмом (капсюльных ружей). США стали мировым лидером в производстве высокомеханизированного оружия. Именно в это время стали известны такие компании, как Springfield, Harper′s Ferry и Colt. К 1950-м годам практически все основные военные державы мира "перевели" свои армии на ружья с ударным механизмом. Новые ружья могли производить стрельбу на расстоянии, в 10 раз превышающем дальность своих гладкоствольных предшественников. Во время войны 1853 года в Южной Африке британские стрелки были в состоянии поражать живую силу противника на расстоянии 1200 ярдов (1097 метров). Это было невероятным достижением, так как всего за 20 лет до этого пехота могла чувствовать себя в полной безопасности от мушкетного огня на расстоянии в 200 ярдов (182.8 метра).

Крымская война (1853-1855) стала новым этапом в развитии дальнобойного стрелкового оружия. В траншеях противники могли обстреливать друг друга на расстоянии, которое в прошлом могли себе позволить лишь артиллеристские орудия. Во время Крымской войны обнаружилась новая проблема: хотя дальность стрельбы была впечатляющей, тем не менее, на расстоянии в 1000 и более ярдов совместить фигуру человека и мушку ружья было крайне трудно: для стрелка мушка была больше по размеру, чем вражеский солдат.

Как основной тип вооружений, дальнобойные ружья впервые начали использоваться в период Гражданской войны в США. Большинство военных заводов находились под контролем северян. Неудивительно, что уже в июне 1861 года в составе армии северян был сформирован первый стрелковый полк под руководством полковника Хирама БерданаHiram Berdan (впоследствии производил ружья, известные в России, как "берданки"). Для того, чтобы стать бойцом полка, солдатам нужно было доказать свою "профессиональную пригодность" и пройти сложный тест. Тестируемые должны были попасть в мишень размером в 6 дюймов (15.2 сантиметра) с расстояния 600 футов (182.9 метров). Бойцы Берданa были вооружены высококачественными по меркам того времени ружьями Sharps, которые позволяли их владельцам вести огонь на расстоянии до 1500 ярдов (1371.6 метра). Однако большинство этих ружей не были оснащены оптическими прицелами, что делало их дальнобойность бесполезной. Армия конфедератов также имела большое количество опытных стрелков, которые с детства занимаясь охотой, могли без труда подстрелить белку или бегущего оленя. Будучи более стесненными в финансах и не имея мощных заводов, конфедераты решили взять не количеством, а качеством. Для этого лучшим стрелкам армии конфедератов выдавались редкие и являющиеся верхом оружейного дела в то время элитные английские ружья Whitworth. Стандартное ружье Whitworth стоило $600, а оснащенное оптическим прицелом - $1 тыс.. Для сравнения, ружье Sharps стоило всего $42. Цены на ружья Whitworth были такими высокими не только из-за их высокого качества, но и из-за морской блокады, введенной северянами, из-за чего конфедератам было крайне трудно получать оружие из Великобритании. Всего на вооружении южан было всего 175 ружей Whitworth. Тем не менее, ставка конфедератов на качество оправдала себя. Именно из ружья Whitworth в мае 1864 года был убит генерал войск северян Джон СэджвикJohn Sedgewick. Меткий выстрел, унесший жизнь генерала Сэджвика был произведен бойцом армии южан Беном ПауэломBen Powell без использования оптического прицела. Выстрел был особенно трудным, так как генерал скакал на лошади. Однако с окончанием Гражданской войны стрелковое искусство в США было вновь предано забвению.

К 1900 году армии основных держав мира получили новые магазинные винтовки. В это время существовало огромное количество производителей стрелкового оружия, таких, как Mauser, Krag, Mannlicher, Enfield, Schmidt-Rubin и Remington, которые выпускали ружья с дальностью стрельбы до 2000 ярдов (1829 метров). Первыми получили возможность проверить эффективность ружей нового поколения буры (выходцы из Нидерландов, жившие в Южной Африке) в период с 1899 по 1902 во время второй англо-бурской войны. Именно буры, впервые за всю историю продемонстрировали, что малочисленная группа рассеянных по местности искусных стрелков с высококачественными ружьями может противостоять частям регулярной армии противника. Ситуацию для британцев усугублял тот факт, что буры носили длинные бороды, которые, сливаясь с темно-зеленным кругловато-бесформенным головным убором, служили отличной маскировкой. Бурский головной убор в дальнейшем стал очень популярным среди снайперов 20-го века. Каких-либо конкретных шагов для создания своих собственных стрелковых отрядов Великобритания не предпринимала вплоть до начала Первой Мировой войны.

Траншеи Первой Мировой стали настоящим "раем" для снайперов. Немцы однозначно доминировали в области ведения дальнего прицельного огня из стрелкового оружия. Согласно свидетельствам англичан, зимой 1915-го года любое появление британского солдата за пределами окопа гарантировало мгновенную смерть. Даже ношение наручных часов представляло собой большую опасность, так как отражаемый ими свет сразу же привлекал внимание немецких снайперов. Любой предмет или часть тела, которые оставалась вне укрытия на 3 секунды, вызывали огонь немцев. Степень превосходства немцев в данной области была настолько очевидной, что, по словам очевидцев, некоторые немецкие снайперы, чувствуя свою абсолютную безнаказанность, забавляли себя стрельбой по всевозможным предметам. Превосходство немцев может быть отчасти объяснено наличием у последних огромного количества винтовок с оптическими прицелами. Кроме того, охота была национальным спортом в Германии, что облегчило немецкой армии процесс подготовки снайперов.

В 1915-ом году британское руководство организовало свою собственную школу снайперов. Длительность курсов для снайперов составляла 17 дней, в течение которых солдат обучали всем премудростям снайперского искусства. В результате обучения выяснилось, что одно лишь умение метко стрелять было недостаточным для снайпера. Многие искусные стрелки британцев привыкли воевать в открытом бою, но абсолютно не умели маскироваться, прятаться от противника и терпеливо караулить цели. Лучшим "материалом" для подготовки снайперов в британской армии стали канадские, австралийские и южноафриканские охотники. Особой меткостью при ведении стрельбы без использования оптических прицелов отличились австралийские охотники на кенгуру. Маскировочные костюмы для снайперов из легкой зеленой материи и клочьев травы, впервые примененные британцами, стали традиционной формой одежды снайперов большинства стран мира. Британские снайперы получили новые оптические прицелы десятикратного увеличения, что позволяло им не только поражать живую силу противника, но и вести постоянное наблюдение за передвижениями вражеской армии на расстоянии до 10 миль (16 километров).

С окончанием Первой Мировой войны большинство стран, включая Великобританию, США, Францию и, в несколько меньшей степени, Германию, вновь пренебрегли полученным опытом, значительно сократив или полностью расформировав свои снайперские отряды. Из основных держав лишь СССР более серьезно подошел к процессу подготовки снайперов. Советское руководство заявило, что к 1938 году 6 млн. солдат получили значки "Ворошиловского стрелка". Только до 1938 года было выпущено 53 тыс. снайперских винтовок, после 1938 года такое количество винтовок изготовлялось ежегодно. Вторая Мировая война показала, что "ворошиловские стрелки" проявили себя с наилучшей стороны: к примеру, в 1943 году за несколько часов советские снайперы убили около 100 немецких солдат из 465-го пехотного полка. Немцы, в конце концов, сами начали обучать своих снайперов по "русской программе".

В отличие от СССР, США вступили во Вторую Мировую войну не подготовленными к ведению снайперского противостояния. Американские армейские снайперы были вооружены ружьями Springfield, a к 1944-му году более совершенными - Garand. Garand использовались позднее в американских военных операциях в Корее и во Вьетнаме. На островах Тихого океана, а также в джунглях Бирмы и Новой Гвинеи американцы ввязывались в бои на расстоянии менее 50 ярдов (45.7 метров), что делало использование снайперских винтовок бессмысленным. Японцы были более подготовленными и использовали большое количество снайперов, которые стали знаменитыми, благодаря своему искусству маскировки. Тем не менее, японских снайперов можно было назвать смертниками, так как чаще всего они выбирали в качестве укрытия крону деревьев. Деревья являются одним из самых худших укрытий для снайперов, так как вычислить снайпера, находящегося на дереве для вражеской пехоты не составляет особого труда, а после обнаружения шансов выжить у снайпера практически нет. В подобных условиях американцам были не нужны высокоточные дальнобойные ружья и снайперы, так как для борьбы с японскими стрелками американские солдаты внимательно наблюдали за деревьями и в случае малейшего сомнения открывали по веткам деревьев шквальный огонь из автоматов и пулеметов.

В течение Второй Мировой войны основная часть перестрелок между снайперами происходила на расстоянии менее 600 ярдов (548.7 метров). Хотя большинство военных винтовок были оборудованы оптическими прицелами, позволяющими вести огонь на дальность до 1200 ярдов (1097 метров), в большинстве случаев стрельба на такое расстояние была пустой тратой времени.

Новой эпохой в производстве снайперских ружей стала война во Вьетнаме. Будучи на территории Вьетнама, американские солдаты и офицеры подвергались постоянным атакам со стороны снайперов партизан и Северного Вьетнама.
Отсутствие оптического прицела на американской винтовке М14 не позволяло американцам стрелять на расстояние более 500 метров. А заменившая ее винтовка М16 из-за своего небольшого калибра (5.56 миллиметров) могла быть эффективно использована на расстоянии не более, чем 300 метров. Несмотря на то, что войска США стали снабжать и снайперскими винтовками Winchester, большинство стрелков американской армии заявило, что отдает свое предпочтение полуавтоматическому М14 из-за его большей практичности. Дело в том, что в лесных зонах боевые действия часто требовали не метких попаданий на дальние расстояния, а открытия быстрого шквального огня по предполагаемому противнику. В какой-то период американские снайперы достигли больших успехов, о чем свидетельствуют большие размеры наград, предлагаемых руководством армии Северного Вьетнама за каждого пленного американца, пойманного "с длинным ружьем". Отношение к снайперам среди остальной части армии США было весьма отрицательным, так как последние не разделяли тяготы службы обычных солдат, имели свободный доступ в любую зону и имели большую степень независимости.

Хотя концепция снайперских ружей не особенно изменилась за последние десятилетия, современные технологии добились немалых успехов в повышении точности стрельбы. Стандартным на сегодняшний день для большинства снайперских винтовок является оптический прицел десятикратного увеличения. Линзы оптического прицела сегодня намного более чувствительны. Современные технологии смогли свести к минимуму предательское отражение света линзами прицелов. Сегодняшним стрелкам не нужно заниматься вычислениями для измерения расстояния до цели, так как данную функцию выполняют лазерные дальномеры. Вес снайперских винтовок также неизменно уменьшается без ущерба для дальности и мощности стрельбы, так же, как и их надежность.

Снайперы ныне существуют во всех армиях мира, а также в полиции и спецслужбах. Снайперский огонь используют преступники и террористы. Так, в 2000 году столицу США - Вашингтон - несколько недель терроризировал снайпер, убивший несколько человек, чтобы получить отступные от властей. "Вашингтонский снайпер" действовал практически в одиночку (ему помогал лишь приемный сын - подросток), однако полиция и спецслужбы долгое время не могли поймать его.